ВВЕДЕНИЕ
Актуальность данного исследования определяется необходимостью обобщить и переосмыслить накопленный фактический и теоретический материал о лексической системе французского языка: ее номенклатуре, комбинаторных возможностях, семантических и функциональных характеристиках, потенциале развития, чтобы наметить новые задачи и пути разработки теоретических основ лексикологии романских языков, перспектив развития и прогнозирования процессов и тенденций, происходящих в лексике французского языка. В данном исследовании предпринимается попытка провести полипараметрический анализ лексики французского языка, направленный на выявление её ядра, а также - на определение критериев его выделения и выявление интегральных признаков единиц лексического ядра.
Цель исследования состоит в определении номенклатуры лексических единиц, принадлежащих ядру лексической системы французского языка.
Объект исследования - французско-русская часть «Школьного французско-русского словаря с грамматическим приложением» / сост. Н.С.Князева. - М.: ОЛМА-ПРЕСС, СПб.: ФОЛИО-ПРЕСС, 1999. - 447 с, включающая 3641 французское слово.
Предмет исследования - ядро лексики французского языка.
Материалы исследования - Une base de donnees lexicales du francais contemporain sur internet, составленная Борисом Невом и Кристофом Паллье на основе базы FranText, включающей тексты на французском языке, написанные в период 1950-2000 гг., корпус которой составляют 31 млн. орфографических форм, сводимых к 130.000 словоформ; 20.999 словарных значений исследуемого корпуса французской лексики, выделенных на материале «Нового французско-русского словаря» (Гак В.Г., Ганшина К.А.. - М: Рус. яз., 1993. - 1194 с); «Этимологический словарь французского языка» (Von Wartburg, M.V. Dictionnaire etymologique de la langue francaise, 4e ed. - Paris,
Ч 1956. - 682 р.); «Этимологический словарь латинского языка» (Ernout A.,
Meillet A. Dictionnaire etymologique de la langue latine: histoire des mots, 4e ed. -Paris, 1979. - 829 p.); 43.481 фразеосочетание, с участием слов, формирующих объект исследования, проанализированные на основе «Французско-русского фразеологического словаря» (под ред. Я.И.Рецкера. - М: Гос. изд-во иностр. и национ. словарей, 1963. - 1112 с). Задачи исследования:
1. Определить и теоретически обосновать критерии выделения ядра ^ лексики французского языка.
2. Выявить ядро лексики французского языка.
3. Установить признаки ядра лексики французского языка.
Гипотеза исследования основана на предположении о том, что лексическая система языка, как и любая другая системно организованная сущность, имеет определенную структуру, в которую входят ядро и периферия. Исходя из данного утверждения, возможно на материале лексики французского языка выделить ядерные элементы этой системы.
Л, Методологическую основу исследования составляют идеи и положения
диалектической философии и лингвистической системологии. Исследование опирается на систему методологических принципов: единство системного и целостного подходов, а также единство теоретического и эмпирического в исследовании проблем построения языковой системы.
Теоретическим фундаментом исследования стали идеи И.А. Бодуэна де Куртенэ и Г.П. Мельникова о системной организации языка, В.В.Виноградова и ПЯ.Черных о словах основного словарного фонда, являющихся ядром языка, А.И. Кузнецовой, выделившей на материале русского языка периферийные явления в области морфемики, A.M. Кузнецова об универсальных структурно-семантических параметрах в лексике, А.А. Поликарпова, исследовавшего циклические процессы в становлении лексической системы языка, В.Т. Титова, » внесшего существенный вклад в развитие квантитативной лексикологии
( романских языков, А.А. Кретова, разработавшего теоретические основы
лингвистической прогностики.
Методы исследования: теоретический анализ и обобщение исследований в области системы языка в целом и лексической системы языка в частности, полипараметрический анализ, дескриптивный и сравнительно-исторический методы, квантитативные методы исследования языка.
Организация и этапы исследования. Экспериментальной базой исследования явилась французско-русская часть «Школьного французско-, русского и русско-французского словаря» Н.С.Князевой [154]. Исследование
по теме проводилось в течение трех лет, в три взаимосвязанных этапа.
Первый этап (2001-2002 г.) - изучение философской и лингвистической литературы по теме исследования. На этом этапе были определены объект, предмет, понятийный аппарат исследования, сформулирована рабочая гипотеза.
Второй этап (2002- 2003 гг.) - проведение эмпирических исследований:
определение происхождения исследуемого корпуса лексических единиц (до
праиндоевропейского языка), определение их частотных характеристик,
J графической и фонетической длины, фразеологической сочетаемости,
словообразовательной активности, определение числа словарных значений.
Третий этап (2003 г.) - анализ, обобщение и систематизация полученных результатов, оформление текста диссертации.
Положения, выносимые на защиту:
1. В лексической системе любого языка по каждому из системообразующих параметров может быть выделено до пяти ядер и
^ периферий, находящихся в отношениях взаимной импликации.
2. Существует ряд критериев (функциональная, деривационная и синтагматическая активность, парадигматическая поддержанность, длительный период существования в языке), с помощью сложения которых возможно выделить ядро лексики французского языка.
1 >¦
ч 3. Лексические единицы, принадлежащие ядру лексики французского
языка, имеют ряд интегральных признаков, отличающих их от лексических единиц, находящихся на периферии лексической системы французского языка: принадлежность к существительным, прилагательным и глаголам; происхождение из народной латыни; стилистическая нейтральность основного значения; общеупотребительность. Научная новизна исследования состоит в том, что полученные результаты
л в своей совокупности содержат решение проблемы выделения ядра лексики
французского языка:
- установлено, что полипараметрическое исследование лексической системы языка позволяет выделить ее ядро;
- определены универсальные критерии выделения ядерной лексики языка;
- выявлены признаки, присущие словам, принадлежащим ядру лексической системы языка;
с( - определена номенклатура лексических единиц, принадлежащих ядру
лексики французского языка. Теоретическая значимость исследования:
- обобщены, проанализированы и реализованы на репрезентативном лексическом материале теоретические основания выделения ядра лексической системы французского языка;
- конкретизирован применительно к материалу французской лексики метод выделения лексического ядра языка;
- впервые реализован полипараметрический подход к выявлению ядра французской лексики.
Практическая значимость исследования состоит в том, что результаты
исследования, проведенного автором диссертации, могут служить, базой для
, у теоретических и практических исследований в области лексикографии, основой
ч для разработки практических курсов французского языка как иностранного,
могут быть использованы при разработке лекционных курсов по дисциплинам «Лексикология французского языка», «Введение в языкознание», «Общее языкознание».
Достоверность и обоснованность полученных результатов обеспечиваются опорой на фундаментальные теоретические положения; адекватностью материала и методов исследования его задачам, цели и логике, экспериментальной проверкой гипотезы, количественным и качественным j анализом полученного фактического материала, верифицируемостью
результатов исследования.
Апробация и внедрение результатов исследования осуществлялись путем выступлений автора на расширенном заседании кафедры французской филологии ВГУ, через публикации в научных сборниках и журналах. Материалы исследования обсуждались и получили одобрение на межрегиональных научных конференциях «Проблемы лингвистической прогностики» (ВГУ, 2001, 2003), «Проблемы компьютерной лингвистики» <\ (ВГУ, 2002). Материалы и результаты исследования применялись также в
процессе обучения студентов 1 курса всех специальностей Курского филиала Всероссийского заочного финансово-экономического института.
Структура диссертации определялась логикой исследования и поставленными задачами. Работа состоит из введения, двух глав, заключения, библиографического списка (включающего 215 источников) и трех приложений. Теоретические и эмпирические положения проиллюстрированы 3 схемами, 5 графиками, 12 таблицами.
Во введении дается обоснование актуальности выбранной темы,
формулируется проблема исследования, определяются объект, предмет, цель и
задачи, выдвигается гипотеза, характеризуется теоретико-методологическая
основа, используемые методы и база исследования, обосновывается
,„ достоверность, оценивается научная новизна, теоретическая и практическая
значимость работы, формулируются основные положения, выносимые на защиту.
В первой главе «Понятия «ядро» и «периферия» в системе языка» рассматривается состояние разработанности проблемы выделения ядра (центра) и периферии в языковой системе вообще и в лексической системе языка в частности, раскрываются сущность, структура, критерии выделения ядра лексической системы языка, а также вопрос принадлежности понятий «ядро» и «периферия» к категории языковых универсалий.
Во второй главе «Параметрическое исследование лексики французского языка» приводятся результаты следующих эмпирических изысканий в области лексической системы французского языка: определение системных и функциональных характеристик исследуемого корпуса лексики французского языка, в частности, параметров функциональной активности (употребительности исследуемого корпуса лексических единиц, их графической и фонетической длины), синтагматической активности (фразеологической сочетаемости), деривационной активности (многозначности и продуктивности), парадигматической поддержанное™, «древности» и устойчивости, т.е. длительности существования.
В заключении обобщаются результаты исследования, излагаются основные выводы.
Приложения содержат результаты 5 параметрических исследований 3187 лексических единиц французского языка, вошедших в корпус изучаемой французской лексики, этимологические характеристики исследуемых лексических единиц, а также данные о происхождении латинских основ, послуживших базой образования французских слов.
ГЛАВА I
ПОНЯТИЯ «ЯДРО» И «ПЕРИФЕРИЯ» В СИСТЕМЕ ЯЗЫКА
1.1. Использование понятий «ядро» и «периферия» на разных языковых уровнях.
«Язык вообще есть естественно (на определенной стадии развития
человеческого общества) возникшая и закономерно развивающаяся т
семиотическая (знаковая) система, обладающая свойством социальной
предназначенности... Язык, обладая внутренней целостностью и единством, является полифункциональной системой» - такое определение понятия «язык» мы находим в «Лингвистическом энциклопедическом словаре» [90, с.604]. Вопрос о системной организации языка является одним из центральных вопросов языкознания. И.А.Бодуэн де Куртенэ, отмечая динамическое единство системы языка, писал: «В жизни языка замечается постоянный труд над
j устранением хаоса, разлада, нестройности и нескладицы, над введением в него
порядка и однообразия» [24, т.2, с.94-95]. Человеческому разуму, по его мнению, свойственно упорядочивать этот предполагаемый хаос, находить в нем порядок, систематичность, причинные связи. Именно причины, факторы и механизмы взаимовлияний и изменений — это центральный момент в реальной динамике любого объекта-системы. Важно не только установить и описать номенклатуру связей, существующих внутри и между разными уровнями
X языка, но и выяснить причинно-следственный механизм, который реализуется с
помощью той или иной связи, через цепи причинных обусловленностей приводя к уравновешенности, внутренней адаптированности целого, его системности.
Г.П. Мельников [99, 100] отмечает, что представители большинства школ структурализма, получившего широкое распространение в современной теории
10
w лингвистики, «отождествляют понятие системы с понятием структуры, после
чего исследование языка как системы фактически сводится к исследованию структурной модели этой системы. Такое направление чрезвычайно плодотворно и, может быть, как часто подчеркивается, действительно является единственно научным, но лишь при условии, что субстантные свойства системы, выраженные в структурных терминах, также отражаются в структурной модели» [100, с. 34]. Далее Г.П.Мельников отмечает, что одной из важнейших характеристик системы является, во-первых, то, что она ( представляет собой сложное единство, в котором могут быть выделены
составные части - элементы, а также схема связей или отношений между элементами - структура. Во-вторых, не менее важной характеристикой системы является субстанция, в которую воплощена эта система. Язык входит в конкретную разновидность систем, называемых адаптивными или самонастраивающимися. При этом самонастраивание языка происходит стихийно, в процессе «естественного отбора» - неосознанного предпочтения говорящими одних языковых средств другими. Как и любая
<^ самонастраивающаяся система, язык имеет многоярусную иерархическую
структуру, включающую внутриярусные, межъярусные и различные перекрестные связи, причем как целое язык сам представляет собой элемент некоторой системы сверхвысокого яруса (т.е. надсистемы). Другой специфической характеристикой данного класса систем является главный способ функционирования, в рамках которого в процессе адаптации происходит отбор вариантов структуры, обеспечивающей выполнение главной
^ функции (в данном случае - коммуникативной), и отбор вариантов субстанции,
наиболее подходящей для воплощения конкретного структурного образования. Главным способом функционирования данной системы является специфическая детерминанта, а особенность конкретной структуры языка, так же как и особенность той субстанции, в которую воплощена структура, - это лишь следствия самонастраивания языка по данной конкретной детерминанте.
11
и О различных детерминантах языков говорит и Ф. де Соссюр [127], когда
замечает, что одни языки развиваются по пути максимальной лексикализации, а другие - наоборот, по пути максимальной грамматикализации.
В.М.Солнцев, развивая и дополняя идеи Г.П.Мельникова, пишет: «Субстанция системы представлена элементами системы. Однако между понятием субстанции и понятием элемента следует проводить различие. Элементы структурно обусловлены и являются формой существования данной субстанции в данной системе. Все естественные языки имеют одну и ту же ( материальную субстанцию - звуковые волны, однако элементы - звуки одного
языка - по своим структурно-системным свойствам отличаются от элементов всех других языков, т.е. в каждой системе (в каждом языке) обладают особыми системно-структурными свойствами» [126].
В соответствии с теорией системной организации языка определим, что лексика и грамматика — это две противопоставленные, но неразрывно связанные подсистемы языковой системы. Между этими подсистемами нет непреодолимой преграды, (между ними идет, в основном, односторонний
г^ обмен единицами - грамматики за счёт лексики), но наблюдается их
противопоставленность, связанная с функциональной специализацией грамматики на обозначении узкого круга устойчивых моментов бытия и широкого круга переменных, обозначаемых лексикой. Они противопоставлены и взаимно дополняют друг друга. Грамматика более ограничена по набору единиц и устроена более жестко, чем лексика. Лексика - более мягкая, более сложная, разнообразная по составу единиц, их признаков и отношений
^ подсистема языка, пишет А.А. Поликарпов [112, с.74].
Ч.Хокетт, [187] считает центральными языковыми подсистемами фонематическую и морфологическую, относя лексическую и семантическую подсистемы к самым периферийным подсистемам языка. При анализе языковой структуры их относят к «неструктурным ярусам» языка (У.Чейф [148]) или «прелингвистическим данностям».
12
М Соотношение между относительно ограниченным и жестким
грамматическим ядром языка и весьма обширной и мягкой лексической периферией воплощает один из наиболее общих принципов организации любой сложной системы. Этот принцип отражает оптимальную соотнесенность структуры человеческого языка с его функцией отражения очень широкого круга условий существования коллектива-носителя этого языка. На одном полюсе этого отражения осуществляется тонкая настройка на типовые условия коммуникации и, на другом полюсе, возможность приспособления к любым ^ специфическим изменениям в коммуникативном целом.
«Грамматика» как центр и «лексика» как относительно далеко отстоящая от центра периферия не могут существовать в отрыве друг от друга. Это две стороны одного целого.
Часто провозглашаемый тезис о слове как центральной единице языка и лексике как «главной» центральной его подсистеме следует, вероятно, интерпретировать как выделение такой особенности лексики на фоне грамматики, которая связана и с тем, что для носителей языка лексические <^ единицы более ясно, однозначно соотносятся своими значениями с
обозначаемыми ими смыслами.
«Язык по преимуществу является средством, орудием, которое предназначено для постоянного и немедленного достижения соответствующей цели и результата - взаимопонимания», - пишет Фердинанд де Соссюр [128, с.66]. В этой связи положение о лексике как ядре системы языка подтверждается также и тем фактом, что слово как структурный элемент данной подсистемы выполняет номинативную функцию, не присущую никакому другому элементу, составляющему иные подсистемы языковой системы.
Кроме того, «центральность» положения лексики в языке может
пониматься и так, что в силу обширности и подвижности ее состава лексика
,г является наиболее динамичной частью языка, в том числе и источником
13
М грамматических единиц и отношений. «Серия политических, промышленных и
социальных революций, вводя в обиход массу новых понятий и новых идей, которые претерпевают постоянные изменения, разрушает старые границы лексики. Эти новые понятия и новые идеи нуждаются в названиях», - пишет А. Дармстетер [172].
Слово не только отражает и запечатлевает явления внешнего и внутреннего мира, но и способно активно воздействовать на них, выступая в качестве орудия общественной деятельности человека, формируя и регулируя ^ его поведение.
Ф.П.Филин [143], говоря о свойствах современного русского литературного языка, отмечает: 1) способность выразить все знания, накопленные человечеством во всех областях его деятельности, семантическую всеобщность, что обусловливает его поливалентность, т.е. употребление во всех речевых сферах; 2) общеобязательность его норм как образцовых для всех, кто им владеет и пользуется, независимо от социальной, профессиональной и территориальной принадлежности; 3) стилистическое богатство, основанное на *% наличии разнообразных вариантов для обозначения одних и тех же
семантических единиц (с дополнительными оттенками и без них) и средств для особых значений, уместных только в определенных речевых ситуациях.
Все вышесказанное может быть в равной степени применимо и к современному французскому литературному языку.
По своей природе лексическая система языка является одним из наиболее подвижных во времени участков языка, так как лексика, рассматриваемая как система, и словообразовательные средства, служащие для ее пополнения, - это наиболее чувствительные подсистемы языка, непосредственно и быстро реагирующие на изменения, процессы и явления, происходящие в современном мире. Иными словами, лексика и словообразование являются наиболее социологизированными и быстро меняющимися участками языка. Например, * словарный состав Малого Ларусса изменился за двадцать лет (1940 - 1960)
14
Ц примерно на 25%. В каждое издание этого словаря, ежегодно переиздаваемого,
включается 350 - 400 новых слов; некоторые слова исключаются, но в целом словник обновляется на 1 - 1.5% в год. (Дюбуа, [177]) Такая мобильность словарного состава ставит перед исследователями лексического состава живых языков дополнительные задачи, связанные с принципами и методами синхронического и диахронического анализа.
В этой связи необходимо подчеркнуть важность теоретической разработки проблемы дистрибуции лексики по центрально-периферическому принципу, а
? также выделения корпуса ядерных слов, принадлежащих фундаментальному,
общеупотребительному, стилистически нейтральному, отличающемуся частым употреблением центру лексической системы французского языка. Причем, как указывает Я.Попела [206], речь здесь идет не о простом противопоставлении центра периферии, а скорее о выделении переходных уровней от центра к собственно периферии. Определяя центральные и периферийные элементы в системе языка в целом и на разных его уровнях, он выделяет следующие оппозиции:
*4f - количественно сильные типы/количественно слабые типы;
- типы, представленные основными средствами/типы, представленные вспомогательными средствами (например, носовые в системе согласных);
- «полные» или «регулярные» типы/ «нерегулярные» типы (имена нарицательные/имена собственные, монофтонги/дифтонги);
- «чистые» типы/промежуточные типы;
- продуктивные типы/непродуктивные типы;
- общие или абстрактные компоненты системы/конкретные компоненты системы.
В работах практического характера, затрагивающих те или иные аспекты
анализа конкретных ядерных/периферийных фактов и процессов того или
^ иного языка, нередко упоминаются следующие вопросы теоретического
15
v4 характера, относящиеся к проблеме выделения ядра и периферии на том или
ином уровне языка:
- нечеткость границ между ядром и периферией;
- признаки ядра и периферии;
- универсалии в области ядра и периферии;
- методы исследования ядра (периферии);
- количественные и качественные критерии отнесения того или иного явления к ядру (периферии), в частности, структурно-семантические
^ параметры отнесения слов к центру и периферии;
- ядро и периферия в речи и в языке;
- наиболее типичные сферы проявления ядра и периферии в языке;
- соотношение понятий центральность (периферийность)-системность (асистемность), центральность (периферийность) и вариативность (инвариантность), центральность (периферийность) и симметричность (асимметричность), центральность (периферийность) и маркированность (нейтральность) и т.д.;
^ - вопросы интеграции элементов в систему, иерархия центральных и
периферийных явлений;
- применимость/неприменимость оппозиции «ядро-периферия» к отдельным уровням языка и к языковой системе в целом и т.д.
Ни одна из вышеперечисленных проблем не имеет однозначного решения. Так, например, Ф. Данеш [171, с. 19] считает, что понятия «центр» и «периферия» могут быть применимы как к разным уровням языка, так и к системе языка в целом. Он отмечает, что центрально-периферические отношения являются интегральным свойством как системы языка, так и его функционирования в речи, вступая в тесную взаимосвязь также и с парадигматическими и синтагматическими отношениями, и обладают качественным и количественным выражением. В плане системных отношений ^ термины «центр» и «периферия» касаются определенного аспекта
16
ц взаимоотношений между единицами языка разных уровней языковой системы,
а также системы языка в целом или, в общем, взаимоотношений единиц более низкого уровня с единицами более высокого. Делая обзор научных трудов, посвященных данной теме, он с полной определенностью указывает на то, что «...коррелирующие понятия центра и периферии, а также их взаимоотношения, могут быть применимы при анализе системных и внесистемных отношений в языке, как в синхроническом, так и в диахроническом аспекте. Центрально-периферические отношения являются универсальным принципом организации t языка».
А.В. де Грут [184] рассматривает центрально-периферические отношения применительно к уровням языка. В своей работе, посвященной структурной лингвистике и фонетическому закону, он формулирует следующее правило: «Периферийный элемент может видоизменяться или нейтрализоваться по форме, а также функционировать как центральный элемент, но не наоборот».
По мнению других исследователей (в частности, В.В. Ремарчук, [117]), взаимодействие ядра и периферии необходимо рассматривать не с точки зрения
^ какого-либо отдельного уровня, а с точки зрения языковой системы в целом.
Третьи (В.М. Живов, Б.А. Успенский, [62]) допускают обе возможности, когда с точки зрения системы в целом какое-либо языковое явление интерпретируется как центр, ядро, например, местоимение - ядро именной системы языка, но с точки зрения «определенного уровня языка (или определенной системы правил в описании данного языка)» данное явление -периферия. Так, «с точки зрения системы правил выражения грамматических категорий местоимения периферийны во многих языках (см. нерегулярное супплетивное выражение грамматических категорий у местоимений при регулярном аффиксальном их выражении в других классах слов во многих языках)». Точно так же «местоимения оказываются периферией и относительно фонологического уровня (В.М.Живов, [61, с. 142-143]). Последняя научная позиция создает предпосылки для понимания того факта, что одно и то же
17
, явление может быть центральным (периферийным) с одной точки зрения и не
быть таковым с другой.
Наиболее полно и детально исследованы отношения центра и периферии в области фонологии. Так, Й.Вахек [211] проводит системный анализ проблемы и выделяет два критерия, являющихся релевантными для установления центрально-периферических отношений в области фонологии: он классифицирует как периферийные те фонемы, которые не полностью интегрированы в систему либо несут низкую функциональную нагрузку (например, не полностью используются в системе). К двум вышеприведенным параметрам Ф.Данеш [171, с. 13] добавляет критерий частотности употребления данной единицы в языковом контексте. Таким образом, отношения центра и периферии в фонологической системе языка могут рассматриваться в соответствии с тремя параметрами: уровнем интегрированное™ в систему, который сочетает как качественный, так и количественный аспекты, в то время как два других являются исключительно количественными.
О.Лешка [193], рассматривая центрально-периферические отношения в
rw области фонологии, приводит следующие дистрибутивные признаки,
позволяющие отнести ту или иную единицу языка к «центру» или «периферии»: регулярность/нерегулярность формы, продуктивность/ непродуктивность слова, ограниченность/неограниченность реализации смысловых оппозиций (например, оппозиция фактитивных и каузативных глаголов и глаголов действия или состояния находится в чешском языке на периферии смысловых глагольных оппозиций) и, в общем,
^ регулярность/исключительность, стабильность/нестабильность, частое/редкое
употребление. Кроме того, О.Лешка указывает также на то, что дистрибуция элементов на «центральные» и «периферийные» должна основываться на анализе языковой структуры, в результате которого возможно классифицировать те или иные явления как относящиеся к «центру» или к «периферии». Существует три типа такого анализа: собственно